Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»  
 
  главная контакты карта сайта  
 
 
 
 
Музокно
Музыкальные музеи России
Ирина ПЛОТНИКОВА
Знакомый незнакомец
 
 
       
 
В Клину в рамках губернаторской программы «Наше Подмосковье» прошел Международный фестиваль искусств «Подмосковные вечера с Чайковским», приуроченный к 120-летию со дня основания первого в России музыкального мемориального музея.

Именно здесь композитор провел последние восемь лет своей жизни. Он считал это место наделенным особой творческой атмосферой. «Клинский период» – время создания произведений, вошедших в мировую музыкальную сокровищницу. В первые же дни после смерти Чайковского у его младшего брата Модеста возникла мысль о сохранении в неприкосновенности клинского дома и создании там музея великого русского композитора. Осуществить этот замысел помогли племянник Чайковского и наследник его авторских прав Владимир Давыдов и Алексей Софронов, слуга композитора и наследник его имущества. Не желая нарушать мемориальность личных комнат композитора, они сделали к дому пристройку и в 1897 году поселились там. До наших дней сохранился полный облик дома. В комнатах подлинная обстановка, книги, рояль Чайковского, мебель, кровать, фотографии на стенах развешаны так, как их развешивал сам Петр Ильич. В 1918 году музей получил охранную грамоту. Во время Великой Отечественной войны все экспонаты музея были эвакуированы в город Воткинск, на родину композитора. 6 мая 1945 года музей пережил второе рождение.

В 1960-х годах построили новое административное здание с концертным залом. В 2007 году был произведен ремонт и построено фондохранилище. В 2014 году музей получил статус заповедника.
В фестивальной программе Ксения Раппопорт и Евгений Миронов читали переписку Чайковского с баронессой фон Мекк в сопровождении Национального филармонического оркестра России под управлением Владимира Спивакова, а Московский музыкальный театр «Геликон-опера» представил концерт «Чайковский-гала», подготовленный худруком театра Дмитрием Бертманом. Арии и дуэты из опер «Евгений Онегин», «Ундина», «Опричник», «Мазепа», «Орлеанская дева», «Иоланта», «Пиковая дама», из кантаты «Москва» исполнили ведущие солисты театра Наталья Загоринская, Лариса Костюк, Сергей Топтыгин, Елена Семенова, Елена Михайленко, Максим Перебейнос, Алексей Тихомиров, Илья Говзич и симфонический оркестр театра «Геликон-опера» под управлением главного дирижера Владимира Понькина.

Вместе с артистами приехать в Клин получили приглашение и журналисты. Нам представилась уникальная возможность посетить хранилище и фонды музея, и самое главное, познакомиться с легендарным человеком – Полиной Ефимовной Вайдман, доктором искусствоведения, ведущим научным сотрудником Государственного дома-музея П.И. Чайковского, хранителем его архива. Полина Ефимовна пришла работать в музей в 1973 году после окончания РАМ им. Гнесиных по специальности музыковедение, сама просила распределить ее на эту работу. И приняла дела у внучатой племянницы композитора Ксении Юрьевны Давыдовой. С тех пор вот уже 41 год ее жизнь посвящена изучению рукописей, дневников и писем Чайковского. Она единственный человек в мире, кто знает о композиторе все, кто может читать даже сквозь многочисленные композиторские зачеркивания тексты Чайковского. Живи она в Японии, правительство давно бы почитало Вайдман как «национальное достояние».

Совместно с Владимиром Федосеевым в декабре 2012 года Полина Ефимовна обратилась с открытым письмом к министру культуры В. Мединскому, в котором они просили рассмотреть вопрос издания Полного собрания сочинений П.И. Чайковского в статусе проекта национального значения. Приведу выдержку из письма: «Сегодня нет полного собрания сочинений П.И. Чайковского без купюр и разного рода искажений. А ведь П.И. Чайковский – самый исполняемый в мире русский композитор, создавший свыше 400 музыкальных и 150 литературных сочинений. Отсутствие подлинных текстов его произведений, таких как, например, опера «Евгений Онегин», балет «Лебединое озеро» или Торжественная увертюра на освящение храма Христа Спасителя «1812 год», знаменитый Первый фортепианный концерт – проблема для музыкантов всего мира.
Чайковский, как Пушкин, Толстой, как памятники Пскова и Новгорода, полотна Левитана и Репина – лицо России. Они не должны быть исправленными, подкрашенными или перестроенными. Поэтому издание Полного собрания сочинений П.И. Чайковского без купюр и искажений, как нам представляется, – проект государственного и общенационального значения, направленный на сохранение экологии культурного достояния страны.

Все источники текстов композитора, его рукописи, прижизненные издания – собственность Российской Федерации. Поэтому именно на России лежит ответственность перед миром, чтобы великие творения русского гения были доступны во всем мире в их подлинном виде.

Академические издания сочинений национальных композиторов-классиков в других странах (Моцарта, Бетховена, Шумана, Верди, Берлиоза) осуществляются как национальные проекты при поддержке государств, на базе существующих там специальных институтов, изучающих и готовящих тексты композиторов к изданию. И весь мир, и мы в том числе, пользуемся ими...

В 2015 году исполняется 175 лет со дня рождения П.И. Чайковского.11 октября 2012 года президентом России В.В. Путиным издан указ о праздновании в 2015 году юбилея композитора, учитывая его выдающийся вклад в отечественную и мировую музыкальную культуру. Презентация проекта в виде выпуска первых томов с произведениями, входящими в программу Международного конкурса музыкантов-исполнителей, могла бы стать прекрасным подарком музыкальному мировому сообществу».

В 2013 году проект Академического полного собрания сочинений П.И. Чайковского был включен в Федеральную целевую программу в рамках мероприятий к 175-летию со дня рождения композитора. Проект под научным руководством П.Е. Вайдман осуществляется Государственным институтом искусствознания МК РФ, Государственным мемориальным музыкальным музеем-заповедником П.И. Чайковского в Клину в содружестве с издательством Music Production International (Челябинск). Подготовлены и в 2014 году будут напечатаны партитура и переложение двух авторских редакций Концерта № 1 для фортепиано с оркестром. Готовятся тома с кантатой «К радости» и Литургией. Одна из задач такого масштабного проекта, стоящая перед научными редакторами томов, – восстановление разного рода купюр и редакторских вмешательств, возвращение авторских названий и посвящений.

В конце XIX – начале XX века в своем Большом толково-фразеологическом словаре М.И. Михельсон впервые описал понятие «знакомый незнакомец» – незнакомый человек, который только тем знаком, что его часто встречаешь и даже говоришь с ним. Мы часто встречаемся с музыкой Чайковского, говорим с ним и о нем, но знаем лишь малую толику его творчества. Без путешествия в Клин знаем и того меньше. Наше знакомство происходило как в пьесе – с завязкой, кульминацией и развязкой.

Картина первая

Дмитрий Бертман беседует с директором музея Галиной Ивановной Белонович. Для худрука «Геликона» имя Чайковского имеет особое значение, только «Евгения Онегина» Бертман ставил шесть раз по всему миру. Среди его постановок – «Иоланта» в театре Сац, «Пиковая дама» в родном «Геликоне», в Ирландии и Швеции; «Ундина», «Мазепа» – снова в «Геликоне». Он все время задается вопросом, почему в Зальцбурге есть вокальная школа Моцарта, Международный фонд Моцартеум, музей Моцарта известен на весь мир, хотя в нем нет ни одной подлинной вещи композитора, кроме пряди волос сомнительной принадлежности. Почему у нас не может быть такого в Клину?

Галина Ивановна опускает глаза – ответ на вопрос всегда один – финансирование, государственная заинтересованность: «На одних энтузиастах далеко не уедешь. Хотя уровень сотрудников поражает своей преданностью музейному делу. Во время пожара в 2005 году, случившегося на втором этаже деревянного дома Чайковского, все как один спасали экспонаты до прибытия пожарного расчета, и ничего не пропало. После этого случая музею по распоряжению Владимира Путина было построено фондохранилище, депозитарий. Фонды переехали в новое здание в 2007 году. Обновили административное здание 1960-х годов постройки с концертным залом. Наш музей включает в себя и близлежащие усадьбы Майданово, Фроловское и Демьяново, где жил и бывал Чайковский. Но в Клину совершенно не развита инфраструктура, до недавнего времени не было ни одной гостиницы. Вернее, была одна – на три номера. Сейчас появилась трехзвездочная на 30 номеров. К нам очень много приезжает иностранцев, мы организовываем экскурсии. Что касатся меценатов, частного бизнеса, это только кажется, что рядом «Клинское пиво», Клинский мясокомбинат, Завод елочных игрушек, они сейчас сами убыточные, не до помощи культуре.

У нас нет большого концертного зала. Есть Усадьба Демьяново, постоянно ведутся переговоры о восстановлении, приходят инвесторы... В советское время там размещался туберкулезный диспансер, он существует и по сей день. Сейчас идут споры с Министерством здравоохранения. В других районах уже есть подобный опыт перемещения, начавшийся при губернаторе Воробьеве: думаю, и до нас дойдет очередь. Наш бюджет каждый год увеличивается, но и инфляция растет. Денег не хватает.

Если анализировать количество иностранных посетителей, то раньше много было японцев, сейчас доминирует Китай, Гонконг, Тайвань. Часто приезжают из Италии, Германии. Недавно принимали 150 человек из Франции, в рамках круизного тура, они прибывают на Речной вокзал, и наш музей включен в экскурсионную программу. А самые желанные российские посетители для нас те, кто приезжает с детьми. Ушло в прошлое время 1970-х, когда организовывались профсоюзные путевки, сейчас сюда приезжают именно посмотреть, как жил Чайковский, рассказать детям об этом композиторе. Мы делаем специальные программы для детей».

Для справки: В усадьбе В.И. Танеева Демьяново часто гостил его брат композитор Сергей Иванович Танеев – любимый ученик Чайковского. К нему приезжал Петр Ильич, живший в нескольких верстах в селе Фроловском. В настоящее время многие здания усадьбы Демьяново находятся в разрушенном состоянии. Сложный и дорогостоящий ремонт ведет своими силами музей П.И. Чайковского, но этого недостаточно. Длительное время между музеем и клинским муниципалитетом шла тяжба за территорию, закончившаяся осенью 2010 года победой городских властей. До революции 1917 года усадьба Демьяново имела в наличии более 1000 гектаров земли, до наших дней сохранилось 76 га. После проведения муниципальной властью в 2007-м работ по уточнению границ охранной зоны, у музея осталось только 14 гектаров. Сюда вошли усадебная церковь и кладбище, церковно-приходская школа, противотуберкулезный диспансер и собственно усадьба с руинированными остатками построек. Это меньше двух процентов от первоначального культурно-исторического и ландшафтного объекта. На отвоеванной территории муниципалитет собирается создать парк и транспортную магистраль. Многоэтажные дома закрывают основные панорамно-видовые направления. Министерство культуры Московской области разрабатывает поправки к региональному закону «Об объектах культурного наследия», который позволяет по символической цене отдать эту землю и эти здания инвестору, готовому взяться за восстановление усадьбы. В Европе это называют принцип «одного евро», в России инвестор будет платить рубль за метр квадратный. А восстановив усадьбу, сможет зарабатывать на ее эксплуатации. Архивных документов, на которые можно ориентироваться при реконструкции, сохранилось достаточно. По предварительным подсчетам на реставрацию усадьбы необходим бюджет не менее 500 миллионов рублей. Предлагаемый инвесторам бонус – участок под застройку. Один из инвестиционных проектов: на Бариновом поле (это земельные владения В.И. Танеева) предполагалось построить Школу искусств для одаренных детей. Необходимые инвестиции в строительство – три миллиарда рублей. Но с каждым годом с ростом инфляции растет и этот бюджет. Защитники памятников настаивают на тщательном контроле планов инвестора. Но все это пока только проекты. В Демьяново к настоящему моменту восстановлены церковь и кладбище. Впрочем, две другие усадьбы, связанные с именем Чайковского, Фроловское и Майданово, находятся в еще более плачевном состоянии. Во Фроловском отмечено место, где был дом, в Майданово сохранились остатки парка. Музей Чайковского после передачи ему этих владений стал заповедником в 2014 году.

Картина вторая

Экскурсию для журналистов ведет Ада Айнбиндер, заведующая отделом рукописных и печатных источников. Показывает на книжный шкаф в одной из комнат: «Нотная библиотека Чайковского сейчас хранится в фондах, они в мягком переплете, плохой сохранности. Единственное, что можно увидеть в экспозиции – вот это множество красных томов, подарок его издателя, друга Петра Ивановича Юргенсона. Несмотря на то, что Чайковский первым из русских композиторов стал получать пенсию от Государя Императора, он всю жизнь жил в долгах и не мог покупать дорогие книги и партитуры. Юргенсон подговорил слугу Чайковского Алексея Софронова, чтобы он подложил эти 72 тома под Рождественскую елку. Композитор радовался как дитя. Это первое изданное в Европе полное собрание сочинений Моцарта – композитора, которого Чайковский называл “Христос музыкальный”. Почти во всех томах есть пометки Петра Ильича, записаны его собственные ноты, дирижерские замечания.

А это кабинет Модеста Чайковского, рояль, который здесь находится, не увозили в эвакуацию и во время оккупации на нем играли немцы. Всем известен факт, что, отступая, фашистская армия облила дом бензином, но поджечь не успела. Была повешена табличка на немецком языке: “Не трогать – дом Чайковского”. Мы думали – это легенда. А потом узнали – после войны была организована студия Чайковского в Гамбурге, туда пришел человек, который рассказал, что он – тот немецкий офицер, который написал и повесил табличку. Фотографии нашего Дома-музея фигурировали на Нюрнбергском процессе, как фото первого памятника культуры, освобожденного в ходе Второй мировой войны. Я читала лекции о Чайковском на теплоходе: среди туристов были четыре человека из Германии, в том числе – один очень пожилой, его сын рассказал, что во время войны в комендантский час, когда разрешалось собирать раненых, звучала музыка Чайковского, его музыка не была запрещена. И даже в оккупированном Париже ставилась “Пиковая дама”».

Картина третья

Журналистов приглашают пройти в фондохранилище. Полина Ефимовна Вайдман в маленькой комнатке, заставленной множеством столов, сидит на стуле советского образца, сотрудницы музея приносят ей архивные папки. Вайдман начинает листать подлинные рукописи Петра Ильича. Притрагивается к страницам, как к телу ребенка на пеленальном столике. Показывает автограф Чайковского: четырехлетний Петя сделал надпись на письме отца. Три часа без остановки продолжается ее рассказ о деле всей жизни: «Чайковский всегда начинал вести дневники, но никогда их не заканчивал, первые страницы аккуратны, потом записи идут через несколько дней, почерк становится крупнее. Зачеркивает, переписывает. Каждая следующая запись начиналась с редактуры предыдущей. И часто он останавливается на середине тетради. Затем начинает новый дневник. Иногда вел два дневника параллельно. В обычном дневнике может записать: идет дождь. А в это же время в другой тетради пишет программыне записи, статьи. Много подчеркиваний, попытка передачи интонаций речи. К сожалению, в изданиях не сохраняют эти подчеркивания, а ведь в них вербальность, очень важно услышать, как он слышал речь. В одном из дневников, вот, посмотрите: на последней из заполненных страниц крупно – “Зачем все это? Бросаю. Ведь 47 лет!!!!!!!!!!” Много восклицательных знаков. И больше в этом дневнике он ничего не писал. Это кусок несостоявшейся жизни. В одном из своих произведений он поставил 13 форте и 14 пиано.

Он никогда себе не покупал дневники, ему дарили, все дорого оформлены и потому хорошо сохранились. Пишет в 1886 году: “Какая бесконечная бездна между Ветхим и Новым Заветом”. Идет бесконечный диалог с Толстым. У него состоялось одно личное свидание с писателем, а затем всю жизнь он был с ним в диалоге. Потом он пишет: “После моей смерти будет небезынтересно узнать...” и идет страница густо зачеркнутая вдоль и поперек. Многие исследователи пытались расшифровать эту страницу. Думали “желтуха” всплывет. А когда расшифровали, то это оказался его вариант описания творчества Моцарта. “Как жизнь коротка, как многое хочется делать... Нужны ли Богу наши молитвы, нет, они нужны только нам”».

Эпилог

Артисты «Геликона» уверены, что Петр Ильич Чайковский слушал их исполнение. На репетиции шел дождь, внезапно, перед началом концерта, при появлении первых зрителей он прекратился. С первыми звуками арии Гремина в исполении Алексея Тихомирова небо прояснилось. Шелест берез, полет ласточек высоко в небе. После концерта дождь снова пошел.

Покидали музей со смешанным чувством гордости за величие и объем культурного наследия композитора и печалью вкупе с бессилием сделать это наследие доступным всему миру.

 
 
   
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Контакты
 
© mus-mag.ru, 2013-2014
Журнал Музыкальная жизнь