Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»  
 
  главная контакты карта сайта  
 
 
 
 
Рецензии
Музыкальная жизнь №11, 2014
Евгения КРИВИЦКАЯ
Американские Афины
За пультом Бостонского симфонического оркестра дебютировал Тьерри Фишер
 
 
       
 
Вывеска BSO на здании концертного зала в центре Бостона навевает свои оркестровые ассоциации для меломанов из России. Но для американцев эта аббревиатура имеет только одно значение – легендарный Бостонский симфонический оркестр. Сайт коллектива, впечатляющий контентом и обилием самой разной информации, позволяет совершить обратное путешествие во времени. Мы узнаем, что Бостонский симфонический оркестр дал первый концерт 22 октября 1881 года под управлением Джорджа Геншеля (дирижер оркестра, продолжавший работать с ним до 1884 года). Почти двадцать лет концерты проходили в «Бостон мюзик-холл»; «Симфони-холл», где по сей день обитает BSO, открылся 15 октября 1900 года. Он вмещает 2 625 человек во время концертов BSO и 2371 слушателя в течение сезона Бостонского популярного оркестра (Pops).

По приглашению основателя BSO майора Хиггинса двое ученых из Гарварда сделали акустические расчеты, и Симфони-холл стал первым залом, построенным на основе научных принципов. В настоящее время он входит в тройку лучших в мире, наравне с амстердамским Консертгебау и венским Музикферейн. Балконы в зале построены так, что не скрадывают звук. Кассетные углубления в потолке и статуи, расположенные по трем сторонам на балконах, также способствуют отражению звука в зале. 16 реплик греческих и римских статуй связаны с музыкой, пластическими искусствами, литературой. Их установка является отчасти ответом на часто цитируемое выражение: «Бостон – это американские Афины», провозглашенное в начале XIX века бостонцем Уильямом Тюдором. Орган фирмы «Aeolian Skinner», созданный мастером Дж. Харрисоном, был установлен в 1949 году и считается одним из лучших концертных органов в мире. Любопытная подробность: Бетховен оказался единственным композитором, чье имя написано на одной из тарелочек, украшающих сцену и балконы; другие остались пустыми, так как только музыка Бетховена имеет неизменную популярность во всем мире.

В фойе зала можно увидеть впечатляющую портретную галерею дирижерских персоналий, работавших тут в течение 134 сезонов. Это – Вильгельм Герике (1884–89; 1898–1906), Артур Никиш (1889–93), Эмиль Паур (1893–98), Макс Фидлер. Расцвет пришелся на управление легендарного Карла Мука (1906–08; 1912–18). В 1915 году с ним оркестр впервые совершил трансконтинентальное турне, дав 13 концертов на Панамо-Тихоокеанской международной выставке в Сан-Франциско. В 1918 году дирижером стал Генри Рабо, год спустя его сменил Пьер Монтё. Эти назначения ознаменовали собой начало главенства французских традиций, которые продолжились и при Сергее Кусевицком (1924–49), часто приглашавшем французских музыкантов.

В 1936 году Кусевицкий организовал первый концерт оркестра в Беркшире; год спустя прошел шестинедельный Беркширский фестиваль в местечке Танглвуд, неподалеку от Бостона, где, как и майор Хиггинсон, Кусевицкий страстно мечтал о «хорошей профессиональной школе для музыкантов», и в 1940 году мечта реализовалась открытием Беркширского музыкального центра (нынешний Танглвудский музыкальный центр).

Кусевицкого сменил Шарль Мюнш, который так же поддерживал современную музыку, ввел много французских сочинений в репертуар и организовал первые международные туры. В частности, в 1956 году BSO под управлением Шарля Мюнша стал первым американским оркестром, выступившем в СССР. В 1962 году его сменил Эрих Лайнсдорф, а в 1969 году – Уильям Штайнберг. Сейджи Озава стал тринадцатым художественным руководителем BSO в 1973-м. Его исторические 20 лет управления продолжались до 2002, когда он был объявлен почетным музыкальным директором. При Озаве BSO первым из американских оркестров провел тур в Китае после нормализации отношений в 1979 году.

Не забудем упомянуть имена главных приглашенных дирижеров: Майкл Тилсон Томас (1972–74), сэр Колин Дэвис (1972–1984), конечно же, Бернард Хайтинк, приглашенный дирижер с 1995 года и почетный дирижер с 2004 года.

Джеймс Ливайн был музыкальным руководителем BSO с 2004 по 2011. Ливайн создавал обширные программы, включающие в себя специально написанные сочинения крупных американских композиторов в честь 125-летия со дня основания оркестра; дал серию концертов под общим названием «Классика BSO»; преподавал в Танглвудском музыкальном центре и в 2007 сопровождал оркестр в широко разрекламированном турне по европейским фестивалям. Новая глава в истории BSO началась в мае 2013, когда всемирно известный молодой латвиец Андрис Нельсонс был анонсирован как следующий музыкальный директор, пост которого он занял в сезоне 2014/2015. Он открыл октябрьскую афишу программой, включавшей Симфонию № 8 Бетховена, Сюиту из балета «Чудесный мандарин» Бартока и Симфонию № 6 Чайковского.

Особенность репертуарной политики Симфони-холла – это многократный прокат одной и той же программы. Нельсонс продирижировал ею трижды, затем аналогичный блок был отдан Кристиану Захариасу, представшему перед бостонцами не только как дирижер, но и как солист-пианист в Концерте № 17 Моцарта. Таким образом, сезон мыслиться недельными сериями, внутри которых находится место одному-двум камерным вечерам. Буклет на неделю включает повторяющуюся информацию о зале, оркестре, а также очень подробные, богато иллюстрированные аннотации о композиторах, сочинениях, биографии солистов.

Пять вечеров в середине октября на сцене Симфони-холла царил американец Тьерри Фишер. За плечами у маэстро шесть лет руководства Уэльским национальным оркестром, выступления с Лондонской «Филармонией», Чешским филармоническим оркестром, Оркестром «Века Просвещения» и многими другими. В настоящее время Тьерри Фишер возглавляет оркестр в Юте, где активно внедряет в репертуар опусы современных композиторов: Андриссена, Булеза, Холлигера, Рима и Видмана.

Для дебюта в Бостоне музыкант выбрал «проверенную» классику в лице Брамса и его Первого фортепианного концерта и более модернистскую Четвертую симфонию Нильсена.
Как показалось, трактовка брамсовского опуса определялась индивидуальностью солиста, Рудольфа Бухбиндера. Его рафинированная, слегка отстраненная манера игры остудила пыл оркестра и дирижера, к чести которого, отметим, не ставшего «тянуть одеяло на себя». Концерт, отличающийся порывистостью, эмоциональными перепадами (вспомним, что его создал 26-летний юноша), был сыгран со стариковской сдержанностью, оплакивавшей остывший темперамент.

Нордическую холодность первого отделения с лихвой компенсировала во втором интерпретация музыки Нильсена. Именно здесь раскрылись истинные достоинства Тьерри Фишера: умение собрать форму, точно расставить кульминационные точки, победно ведя к ним оркестр. Тут уж внимание слушателя не ослабевало ни на мгновение, следуя за фантазией композитора, желавшего, чтобы четыре части симфонии следовали друг за другом «в едином потоке». Именно с этим связано ее название – «Неугасимая». Внутренняя эмоциональная жизнь, ее подъемы и спады – вот содержание Четвертой симфонии, к которой вполне приложимо другое высказывание Нильсена: «Если бы музыка смогла заговорить и объяснить свою сущность, наверное, она сказала бы что-нибудь подобное: “Я везде и нигде, я скольжу по волнам и верхушкам лесов, я в крике дикаря и в танце негра, я сплю в камне и в звучащем металле. Меня никто не может поймать, но все могут понять, моя жизнь в десятки раз богаче, а смерть – в тысячи раз глубже. Я люблю безбрежные просторы тишины, но больше всего мне нравится ее нарушать. Я не знаю ни печали, ни радости, ни веселья, ни боли, но я умею плакать, смеяться, веселиться и горевать. Безгранично и бесконечно”».

Бостонский оркестр предстал во всем великолепии: бархатистые струнные, точные деревянные духовые (их солирующий ансамбль был безупречен во второй части нильсеновской симфонии). Валторна, чуть осипше звучавшая в соло в Первой части Концерта Брамса, обрела победительную уверенность во втором отделении, как и вся медная группа в целом, мощно показавшая себя в финале. В партитуре Нильсен отвел серьезную роль ударным, значимость которых возрастала по мере продвижения к заключительному разделу: сольные реплики литавр, лавинообразно обрушившиеся на слушателей в конце, напомнили о крушении мира в апокалипсисе, оставив открытым финальный вывод.
 
   
 
 
 
 
 

 
 
 
 
 
 
 
 
 
Контакты
 
© mus-mag.ru, 2013-2018
Журнал Музыкальная жизнь