Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»  
 
  главная контакты карта сайта  
 
 
 
 
Рецензии
Музыкальная жизнь №1, 2015
Евгения КРИВИЦКАЯ
Играем сначала
Денис Мацуев опробовал акустику в Филармонии-2
 
 
Завершив рождественские встречи в Иркутске, заехав во Владивосток, знаменитый пианист вернулся в столицу и дал сольный концерт в новом зале Московской филармонии. Несмотря на удаленность от центра, свободных мест почти не было: правда, vip-публика, коей было в избытке – от министра культуры и его аппарата до депутатов Госдумы, – конечно, приехала на собственных авто. Здесь оборудована бесплатная филармоническая парковка, и это – несомненный плюс.

Но и от метро «Юго-Западная», чей нижний вестибюль украшен теперь баннерами с изображением филармонических звезд, вполне реально добраться и на общественном транспорте. Поговаривают также о пуске специального маршрута от метро до Филармонии-2.

Программа «второго открытия» зала позволила оценить и акустику в ее нюансах, и творческий облик героя вечера, который, насколько можно судить по включению «Крейслерианы» Шумана, с азартом ищет ответы о смысле жизни и искусства в метафизических эмпиреях. В этом смысле факт его обращения к «Крейслериане», где рассказана история поэта-неудачника, бунтаря, идущего наперекор общественному мнению, показался особенно интересным – ведь облик Дениса Мацуева, любимца судьбы, видится прямой противоположностью капельмейстеру Крейслеру.

Качества лидера и здесь не изменили пианисту: он властно захватил внимание публики и сумел увлечь в «Крейслериане» искренностью переживаний – страстными, отчаянными эмоциями в минорных эпизодах и мудрой созерцательностью в мажорных фрагментах.
 
 
«Времена года» Чайковского – частый гость в программах Мацуева. Но играет их он всякий раз с россыпью интересных деталей, подкупая абсолютной свободой высказывания.

Акустика зала, как показалось, в данном случае пришлась точно по мерке Дениса. Скрадывая определенную избыточность в форте, она полностью донесла оттенки тихих звучностей, палитру мягких настроений: от элегичности и до ностальгии. Многочисленные повторы, коими изобилуют некоторые пьесы цикла (как, скажем, «У камелька» или «Подснежник»), были изобретательно «раскрашены» тембрально и интонационно: артист «говорил» со слушателями, тщательно вслушиваясь в смысловые оттенки фраз и четко контролируя свои намерения.

В большом по объему зале Мацуеву удалось создать ощущение «камерной», доверительной атмосферы. Оттого так томительно замирало сердце в «Белых ночах», когда в конце звуки истаивали в тихом прощании, так сладостно-певуче звучал рояль в «Баркароле». А в «Жатве» и «На тройке» драйв нигде не превращался в захлестывающую стихию: виртуозность была подчинена образу. Финал «Времен года» – святочный вальс – возбудил в интерпретации Мацуева массу ассоциаций: праздничное возбуждение, салонная легкость напомнили о недавних новогодних днях, овеянных «сказочным флером разномастных «Щелкунчиков».

Выхлест эмоций был дозволен только в конце программы – во Второй сонате Рахманинова, где сам автор дал «разрешительную» ремарку: «Agitato» («Взволнованно»).

«Бисы» лишь подтвердили, что для сольного исполнительства зал Филармонии-2 дает богатые возможности: изумительная по красоте «Музыкальная табакерка» Лядова продемонстрировала хрустальной чистоты звук Дениса, завороживший публику, а джазовые импровизации в финале утвердили оптимистичный посыл вечера.
 
   
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Контакты
 
© mus-mag.ru, 2013-2014
Журнал Музыкальная жизнь