Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»  
 
  главная контакты карта сайта  
 
 
 
 
Колонки
Музыкальная жизнь №4, 2015
    Михаил ЮРОВСКИЙ
 
 
Под алыми парусами
К 100-летию композитора Владимира Юровского
 
 
Семейные истории
Я вспоминаю об отце, которого я очень любил, который был мне другом и учителем... Это воспоминания с тенью горечи. Отец был со мной слишком мало: он умер в возрасте 56-ти лет... Мне теперь к 70-ти...

Так могло в жизни случиться, что мой папа, композитор Владимир Михайлович Юровский, мог не родиться, так как его отца, Михаила Яковлевича Юровского, фотографа и хозяина первого в городке Тараща кинотеатра, местная община в 1913 году послала в Америку изучать новые технические достижения в области фотографии и кино. Но в 1914 году началась Первая мировая война, и Михаил Яковлевич тайно пробрался в трюм российского корабля, чтобы приплыть на Родину и «сражаться за Царя и Отечество». В сражениях он был награжден Георгиевским Крестом, а в семье его, благодаря возвращению в Россию, родился 20 марта 1915 года сын Владимир Юровский, мой папа.

Раннее детство его прошло в родном местечке Тараща. Мальчик очень рано проявил яркие музыкальные способности, мог легко импровизировать на фортепиано и уже в пять лет был тапером в кинотеатре отца.
 
 
Время в стране было более чем бурное: революция, Гражданская война, погромы, банды, постоянно сменяющаяся власть. Во время одного из еврейских погромов трехлетнего Владимира выбросили в окно на камни. Там его нашла собака, и таким образом он был спасен, но две вещи оставались у него с тех пор до конца жизни: это дружба с любой собакой и, к сожалению, поврежденный позвоночник...

В тот же период была встреча с Григорием Котовским. Его войска взяли городок и начались экспроприации. У Юровских отбирают пианино, но в это время кто-то сказал Котовскому, что вот мальчик-де на нем замечательно играет в кино. Тогда Котовский сказал: «А пусть сыграет!» Владимир сыграл, немало удивив командира, и Котовский выдал грамоту, в которой значилось, что это пианино навечно «принадлежит юному гению Владимиру Юровскому и не подлежит экспроприации!»

Затем жизнь менялась, рано ушла из жизни его мать (после одного из погромов). Владимиру в то время было 7 лет, семья переехала в Киев. А так как он с трех лет всегда сочинял музыку, то к подростковому возрасту накопилось значительное количество произведений, и в Киеве он начал заниматься в музыкальном техникуме, затем в Музыкальном институте имени Лысенко, параллельно работая в Киевском оперном театре оперным суфлером и дирижером.

В 1933 году, 18-летним юношей, он поступил в Московскую консерваторию в класс к Николаю Яковлевичу Мясковскому, принеся с собой огромное количество уже написанных партитур. Профессор очень тщательно занимался развитием и поддержкой молодого композитора. Уже в 1935 году сочинение 20-летнего Владимира «Московский карнавал» (по рекомендации Н.Я. Мясковского) исполнял на гастролях по Советскому Союзу в ту пору всемирно известный итальянский дирижер Вилли Ферреро.

И в том же 1935 году Владимир стал членом Союза советских композиторов. Стали приходить приглашения сочинять музыку в кино, которое для него с детства было естественной средой. Он познакомился с дирижером-создателем Оркестра кинематографии Давидом Семеновичем Блоком и весьма плодотворно сотрудничал.

Так уж получилось, что в 1938 году и Владимир, и семья Д.С. Блока переехали, получив квартиры, в новый дом, первый дом композиторов в Москве на Третьей Миусской улице (теперь улице Чаянова). И Владимир влюбился в 16-летнюю дочь Блока Симону, которая стала до конца его жизни Музой и Любовью. Поженились они 26 апреля 1941 года, и вскоре он начал сочинять музыку к балету «Алые паруса» по А. Грину для Большого театра, но 22 июня началась Великая Отечественная война!..

Владимир пошел записываться в ополчение. Его сразу же отправили на стрельбище. Там же и выяснилось, что молодой ополченец почти ничего не видит: зрение у него было -9! «Гоните его в шею!» – чин, занимавшийся подготовкой бойцов, был крайне раздражен, «только время на него потратил!» В тот же день отцу выдали военный билет, в котором значилось: «годен для нестроевой службы в очках». Через несколько дней пришла «бронь» из Большого театра для работы над новой постановкой. В тяжелые дни октября–ноября 1941 года отец был в Москве и вместе с другими жителями дома на Третьей Миусской улице исправно дежурил на крыше во время налетов немецкой авиации.

Затем была эвакуация с Большим театром в Куйбышев, где 31 декабря 1942 года была сыграна премьера «Алых парусов». На премьере был весь Дипломатический корпус, эвакуированный в Куйбышев, и в городе вечером дали свет! Потом этот балет шел и после возвращения Большого театра в Москву, вплоть до закрытия Филиала Большого.

Кроме того Владимир Михайлович как пианист много ездил с бригадами артистов и музыкантов на фронт, особенно на Северный Флот, играя там в концертах в частности композицию из своих «Алых парусов».

Потом в 1944 году они вернулись в Москву, а 25 декабря 1945 года родился я.
Меня назвали в память деда Михаилом, и мой папа стал ОТЦОМ!

Это звание он нес до конца своей недолгой жизни с особым трепетом и ответственностью. Он был потрясающим отцом, другом и учителем!
В нашем доме сложилась настоящая творческая атмосфера. Кроме того, отцу посчастливилось иметь замечательный круг друзей. Все самые яркие и талантливые музыканты, художники, кинорежиссеры, писатели бывали у нас постоянно.

А кроме того во время эвакуации в Куйбышеве у моих родителей сложились доверительные и теплые отношения семьей Д.Д. Шостаковича, и длились они до конца жизни отца. Дмитриий Дмитриевич бывал на моих днях рождения, а потом, когда я стал заниматься музыкой, я играл с ним в четыре руки симфонии Чайковского. Вплоть ухода из жизни Дмитрия Дмитриевича контакт с ним, доставшийся в наследство от отца, мне представлялся совершенно нормальной частью моей жизни.

После войны биография отца не отличалась какими-либо яркими внешними событиями. Много сочинял, обожал Дом творчества композиторов «Руза» (под Москвой), в последние годы тяжко болел, страдая от астмы и сердечных недугов...

К сожалению, отцу не довелось стать дедом, так как он умер 26 января 1972 года, а 4 апреля 1972 года родился наш старший сын и его первый внук, которого мы назвали в память деда Владимиром Михайловичем.

Потом у нас женой родились дочка Маша (так папа хотел бы назвать свою дочку, если бы она родилась) и сын Дмитрий. Конечно, с рассказами о дедушке Володе они росли, но, главное, они знали его музыку, в частности, к мультфильмам «Золотая антилопа», «Заколдованный мальчик», «Чьи в лесу шишки», «Паровозик из Ромашково» и другие. А теперь и их дети растут с этой музыкой.
 
 
Творчество
Отец прекрасно играл на фортепиано, знал наизусть огромное количество музыки. Я помню, как во время наших многочисленных разговоров отец садился за рояль и играл фрагменты из произведений самых разных композиторов, играл даже не пианистически, а как-то оркестрально; слышались даже оркестровые тембры. Отец знал буквально наизусть «Леди Макбет» Д.Д. Шостаковича. Именно в его «домашнем» исполнении я впервые услышал эту гениальную музыку.

Отец не был глух к музыке других композиторов, но его собственная музыка не походила ни на чью другую. Он был исключительно самобытным композитором. Он обладал очень развитым внутренним слухом и сочинял без фортепиано, прямо в партитуре. Когда сочинение было завершено, он «безжалостно» уничтожал эскизы. «Пап, – говорил я ему, – это же хороший материал, жалко выбрасывать...» – «Ничего, сочиним новый», – говорил он смеясь...

Симфоническая и вокальная музыка отца звучит во всем мире. А к столетию со дня его рождения в Германии увидел свет компакт-диск, (который я как дирижер записал со шведским оркестром), куда вошли «Русские художники» и Пятая Симфония, последнее произведение отца, написанное им меньше чем за месяц до смерти.
 
 
In memoriam
Я смотрю на последнюю фотографию, где папа и мама вместе... Это «Руза», конец августа 1971 года. Отцу оставалось жить четыре с половиной месяца... На фотографии он выглядит значительно старше своих 56 лет...

Отец умер 26 января 1972 года. Мама умерла 25 января 2014 года, почти что ровно через 42 года после отца. Почти как в сказке: «Они прожили долгую жизнь и умерли в один день». Почти... Ну, это в сказке...
Вечная память...
 
 
ПРОИЗВЕДЕНИЯ ВЛАДИМИРА ЮРОВСКОГО:
Опера «Дума про Опанаса» (по произведениям Э. Багрицкого);
Балеты: «Алые паруса» (по новелле А. Грина), «Под небом Италии» (по рассказу М. Горького «Нунча»), «Янко-музыкант» (по произведениям Г. Сенкевича);
5 симфоний;
Оратории: «Подвиг народа» и «Зоя» (по поэме М. Алигер);
«Отелло» – трагическая поэма по У. Шекспиру для чтеца, женского хора и большого оркестра;
1-я «Поэтическая тетрадь» (на стихи Э. Багрицкого);
2-я «Поэтическая тетрадь» (на стихи Р. Гамзатова);
«Русские художники» (два цикла симфонических картин);
Симфоническая повесть «Евгения Гранде» (по О. де Бальзаку);
Концерт для виолончели с оркестром;
Вокальные циклы, произведения для фортепиано;
Музыка к фильмам: «Старый наездник», «Поэт» (реж. Б. Барнет), «Дело N° 306», «Цель его жизни», «Василий Суриков» (реж. А. Рыбаков) и др.;
Музыка к мультфильмам: «Золотая антилопа», «Заколдованный мальчик», «Чьи в лесу шишки?», «Паровозик из Ромашково» и др.
 
 
 
   
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Контакты
 
© mus-mag.ru, 2013-2014
Журнал Музыкальная жизнь