Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»  
 
  главная контакты карта сайта  
 
 
 
 
Интервью
Музыкальная жизнь №10, 2015
Александр СЛАДКОВСКИЙ: Я – человек своего времени
 
 
Художественный руководитель и главный дирижер Государственного симфонического оркестра Республики Татарстан, заслуженный артист России, Посол Универсиады 2013, главный дирижер церемоний открытия и закрытия XXVII Всемирной летней Универсиады 2013, почетный доктор международной кафедры ЮНЕСКО Университета управления ТИСБИ, Лауреат III Международного конкурса дирижеров имени С.С. Прокофьева (1999), дирижер года в России по версии газеты «Музыкальное обозрение» (2011), победитель конкурса «Благотворитель года – 2011», лауреат премии Олега Янковского «Творческое открытие 2011-2012», член Совета по государственной культурной политике при председателе Совета Федерации РФ… Регалии и награды можно было бы перечислять и далее, но подчеркнем главное – сегодня мы вновь беседуем с замечательным музыкантом, дирижером, музыкальным деятелем, интенсивно внедряющим современные технологии в наш обветшавший российский менеджмент в сфере культуры. Уже стало почти штампом говорить о «казанском чуде», сотворенном маэстро Сладковским с Госоркестром Татарстана. Тем не менее отнюдь не каждому удается совершать успешные реформы, особенно, когда дело касается такой тонкой области, как исполнительское искусство. В дни 50-летия Александра Сладковского редакция журнала «Музыкальная жизнь» искренне присоединяется к поздравлениям с юбилеем!
Евгения КРИВИЦКАЯ
 

– Александр Витальевич, планировали свой юбилейный сезон как-то по-особому?
– Нет.

– Не хотелось сделать себе подарок?
– Почему же – я его сделал: в свой день рождения с моим дорогим другом Денисом Мацуевым и моим любимым оркестром играю Чайковского. Что может быть прекраснее?
Что касается сезона в целом, то мы стараемся держать планку – приглашаем интересных солистов и дирижеров. Открыл нынешний сезон скрипач Леонидас Кавакос, у нас были Чулпан Хаматова, Юрий Башмет, впереди фестиваль современной музыки «Конкордия», где ожидаются премьеры сочинений новой для Казани музыки. Там прозвучат партитуры любимой мною нововенской школы – например, Скрипичный концерт Берга в исполнении Никиты Борисоглебского, а также опусы татарских композиторов, произведения Шостаковича, Бартока, Лютославского, Дютийе. Меня поддерживает французское продюсерское агентство «Сарфати», с которым мы выстраиваем интересные проекты по программам и по артистам.

– Как давно сложились ваши контакты?
– С тех пор, как мы с оркестром побывали в Японии на «Безумных днях» у Рене Мартена.

– Вам близки его идеи «демократичных» фестивалей?
– Они интересны, но их очень сложно воплотить в России, и я снимаю шляпу перед Александром Колотурским, сделавшим «Безумные дни» в Свердловской филармонии. Он сумел за четверть века работы в Екатеринбурге кардинально изменить филармоническую жизнь, и сподвиг многих следовать его примеру. Я подсознательно провожу параллели со своей деятельностью: за пять лет удалось многое, но пока в Казани провести что-то подобное «Безумным дням» невозможно. Еще не сложилась соответствующая филармоническая среда, публика не подготовлена к таким «испытаниям».

– Зато есть ориентиры.
– Это самое главное.

– В СМИ прошла информация о грядущем сотрудничестве ГСО РТ с фирмой «Мелодия». Все стремятся на зарубежные лейблы, а вы решили поддержать отечественного производителя?
– Мы уже имеем записи на Sony, Medici, Mezzo. Почему не попробовать российский лейбл? Признаюсь, что к «Мелодии» испытываю ностальгические чувства: для меня, как для человека, выросшего в СССР, пластинки фирмы «Мелодия» были тогда практически единственным источником информации. Рад, что «Мелодия» встает на ноги. У нас состоялась беседа с ее гендиректором Андреем Борисовичем Кричевским, который с энтузиазмом отнесся к моей давней мечте – записать все симфонии Шостаковича.
Интересно, что Дмитрий Дмитриевич много сделал, чтобы Жиганову позволили основать в Татарстане симфонический оркестр. Как мы сейчас говорим: лоббировал в Москве региональный проект.

– Есть документальные свидетельства?
– Об этом писал Жиганов в своих воспоминаниях. В следующем году Шостаковичу исполняется 110, а оркестру Татарстана – 50: почему бы в контексте этих дат не осуществить дерзкий проект – записать все симфонии Шостаковича и шесть инструментальных концертов? Мне самому интересно, во что это выльется. Я люблю начинать работу с тем, что безнадежно и вроде бы не имеет никаких перспектив. Это моя стихия… Говорю сейчас об оркестре Татарстана пятилетней давности. Когда я пришел, то все были настроены пессимистично, так как многие уже пытались что-то изменить в жизни коллектива…

– В каком режиме планируете осуществлять запись?
– Технологически будет так: в две сессии в очень сжатые сроки. Все симфонии я уже отрепетировал и частично отыграл в концертах. Запись будет происходить в Казани, в БКЗ имени Сайдашева, где мы писали с немцами антологию татарской музыки. Приглашаем звукорежиссера с аппаратурой…

– К вопросу о резком вираже в вашей биографии, когда вы передислоцировались в Казань. В советские годы, если дирижеры уезжали в провинцию, то они становились как бы частью провинциальной культуры. Вы, переехав в Казань, остались для нас столичным дирижером, регулярно появляясь во всех концертных залах и с ГСО РТ, и за пультом московских оркестров – ГАСО, БСО...
– Сейчас время других возможностей. Конечно, никогда оркестр Татарстана при всем желании и напоре не сможет обогнать оркестр Мариинского театра – такой цели никто и не ставит. Ощущение провинциальности связано только с тем, на какой обертон настроен сам дирижер, в какой среде он вращается и общается, какие задачи сам себе ставит. Я – человек своего времени, расстояние между Казанью и Москвой – примерно час лету, так же, как от Москвы до Петербурга, только – на Восток. Я ощущаю себя артистом, которого пригласили поработать в Казани.

– Резонансным событием 2015 года стал конкурс имени Чайковского. Вы интересовались ходом его событий?
– Нет. Сами конкурсные баталии меня не захватывают. Но собираюсь принять посильное участие в поддержке лауреатов этого состязания. Все инструментальные концерты Шостаковича будут записаны лауреатами конкурса имени Чайковского – это специальная концепция. В следующем сезоне мы вновь по приглашению Валерия Гергиева проведем наш абонемент в Концертном зале «Мариинский». Там будет два показательных вечера, включающих сочинения композиторов Вены: Моцарта, Бетховена, Брукнера и Малера. Пятый концерт Бетховена с нами сыграет Дмитрий Маслеев.

– Как складывается ваша личная дирижерская карьера?
– Цель – не количество концертов, а их содержание, значимость. Если я принимаю приглашение, то оно должно быть уникального свойства. Признаюсь, мне пока везет. Например, «Симфония Варсовия» приглашает поехать с ними в Пермь и продирижировать Седьмую симфонию Дворжака. А в декабре мы с ними выступаем на открытии нового зала во Вроцлаве. Играем Двойной концерт Пендерецкого и Вторую симфонию Сибелиуса. Жду с нетерпением встречи с легендарным пианистом Рудольфом Бухбиндером – Госоркестр имени Светланова пригласил меня в середине декабря продирижировать программами, где прозвучат оба фортепианных концерта Брамса, сочинения Гершвина и Бернстайна. Новый год отмечу в Большом зале консерватории: 31 декабря буду выступать с Российским национальным оркестром, где в концертах Моцарта будет солировать Михаил Плетнев. Жду его с ответным визитом в Казани, в июне будущего года он анонсировал исполнение там Концерта Шумана. В апреле за пультом Национального филармонического оркестра России продирижирую Десятую симфонию Шостаковича и буду аккомпанировать Концерт Гайдна и «Бурлеску» Р. Штрауса, где солирует Александр Гиндин.

– Сезон роскошный!
– Спасибо! Признаюсь, что люблю работать с чужими оркестрами, и не испытываю никаких неловкостей за то, что делаю.

– Слышала постулат о том, что дирижеры предпочитают выступать со своими оркестрами, потому что уже найдено взаимопонимание и удается творчески максимально реализовать замыслы. За пару репетиций с чужим коллективом это вряд ли достижимо. Ваши комментарии?
– Тут большая доля лукавства. Все знают, что оркестр хорошо играет только со своим главным дирижером. Чтобы переломить эту ситуацию, надо сильно увлечь и чем-то соблазнить музыкантов. Но это крайне трудно.

– Что же делать?
– Мы же говорим о классных оркестрах. Как и в хороших семьях, тут существуют правила общения, свой стандарт качества, ниже которого нельзя «упасть». А дальше – непредсказуемый процесс. Если ты сам чувствуешь радость от общения с музыкой, пытаешься передать это музыкантам, то может возникнуть «химическая реакция» и отличный художественный результат. Каждый раз – это лотерея. Кроме того, не нужно забывать, что ты – в гостях и не стоит «лезть со своим уставом». Этому учили в дирижерском классе Ленинградской консерватории: ты должен суметь расположить к себе оркестр.

– Есть секреты?
– Один. Хорошенько выучить партитуру.

– Есть дирижеры, не мыслящие ни дня без выхода на сцену. Выходной день – это трагедия, нарушение привычного темпа жизни. А как строите свой график вы?
– Мне очень нравится такой ритм. Главное – иметь здоровье его выдержать. Счастье, если ты обладаешь подобными творческими возможностями, можешь держать в голове такое количество партитур. Любой дирижер был бы рад так жить, но получается только у избранных. Если ты востребован, тебя везде приглашают, доставляют чартерными самолетами в любую точку мира, находятся спонсоры под все проекты – это великолепно. Если ты сумел создать институцию, ставшую брендом, это достойнейший пример для подражания. Мы можем только ставить перед собой аналогичные цели и стремиться к их достижению.

– К вопросу о здоровье: вы всегда прекрасно выглядите. Специально занимаетесь спортом?
– Нет. Но совершаю прогулки по казанской набережной – спортивная ходьба в течение часа-двух. Стараюсь каждое утро, а иногда и вечером, если успеваю, совершать такой моцион. В этом, наверное, сказывается мое военное прошлое, где действия были регламентированы, и день, кстати, начинался с гимнастики. Во время таких прогулок успеваю послушать много музыки – хожу в наушниках, думаю, прокручиваю в голове какие-то деловые мысли.
Живу так не для того, чтобы хорошо выглядеть, а чтобы быть в форме и иметь силы реализовывать свои планы.

– У вас только что прошли выборы президента Татарстана. Им вновь стал Рустам Минниханов. Как вы оцениваете культурную ситуацию в республике?
– В 2010 году Рустам Нургалиевич Минниханов пригласил меня в Казань, став за несколько месяцев до этого президентом Татарстана. ГСО РТ, по сути, был его первым культурным проектом. Оркестр получил грант и, считаю, оправдал вложения. Теперь Минниханова вновь избрали. То, что за него проголосовало 94 процента населения – это реальность, в этом нет ничего сверхъестественного. Республика динамично развивается, и культуре уделяется огромное внимание. Показательно, что за несколько дней до выборов мне позвонили с казанского телевидения и сказали, что хотят приехать и снять момент моего голосования на выборах. А у меня московская прописка, так что за один день пришлось решать вопрос о регистрации в Казани, чтобы иметь право принять участие в выборах. Но всё получилось, и я очень рад, что Рустам Нургалиевич в ближайшие пять лет будет возглавлять республику. Взятый курс вселяет надежду, что и мы сможем продолжать нашу деятельность, будучи поддержаны правительством.

 
 
 
   
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Контакты
 
© mus-mag.ru, 2013-2014
Журнал Музыкальная жизнь