Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»  
 
  главная контакты карта сайта  
 
 
 
 
Интервью
Музыкальная жизнь №12, 2015
Георгий АГЕЕВ: Главное – баланс, найдется место и раритетам, и популярной классике
 
 
На концерте симфонического оркестра в центре внимания дирижер: мы мало задумываемся, что там за кулисами – каким образом организовано это сообщество ста музыкантов, какое множество вопросов ложится на плечи директора – второй опоры устойчивой конструкции любого творческого коллектива. Георгий Агеев директорствует в ведущих оркестрах четверть века, представляя собой образ идеального современного импресарио: свой полет фантазии он сам остужает четким расчетом последствий; проявляя прагматизм, он оставляет место для идеализма. Подобно Сергею Дягилеву, он открывает новые таланты, соединяет в успешных проектах представителей разных музыкальных и театральных профессий.
Сегодня мы попросили Георгия Евгеньевича вспомнить вехи своего творческого пути, поделиться мыслями о современной концертной практике, рассказать о жизни Национального филармонического оркестра России
Евгения КРИВИЦКАЯ

– Только что завершился фестиваль «Владимир Спиваков приглашает…»: много интересных событий, великолепные участники. Расскажите, как формируется программа?
– У этого фестиваля много ликов и образов. Конечно, он отражает личность самого Владимира Спивакова – его симпатии, вкусы, жанровые и стилистические предпочтения, его стремление поддерживать молодые таланты. У маэстро есть своя точка зрения на любого, как рейтингового, так и неизвестного артиста. Он может пригласить музыканта, даже не раскрученного – если уверен в его даровании, и в то же время есть известные артисты, которых маэстро избегает, несмотря на то, что сотрудничество с ними могло бы принести коммерческий или пиаровский успех.
Появляются молодые лауреаты международных конкурсов, подрастают музыканты, прошедшие через Благотворительный Фонд Владимира Спивакова и другие фонды, при этом по-настоящему интересных музыкантов из любых фондов мы всегда замечаем и на определенных этапах также включаем в свою орбиту. Кроме того, есть пул наших неизменных творческих партнеров и друзей, чьи имена постоянно присутствуют на афишах концертов и «Виртуозов Москвы», и НФОР, – достаточно назвать Дениса Мацуева, которого мы рады видеть всегда и везде, когда у него получается к нам присоединиться; Николая Луганского, Александра Гиндина, Александра Романовского, Александра Гаврилюка, последнее время Даниила Харитонова, Настю Кобекину, Сашу Малофеева и Варю Кутузову – из совсем юных… Из скрипачей это – Вадим Глузман, сейчас живущий в Израиле, Сергей Догадин, регулярно появляющийся в Москве в основном благодаря нашим приглашениям – он недавно выиграл престижный конкурс в Ганновере с большим призовым фондом, пиар-поддержкой, но в России это оказалось мало кому интересно. 14-летний Даниель Лозакович – победитель прошлого «Щелкунчика», с этого сезона – Клара-Джуми Кан, которую Владимир Теодорович специально выделил и включил в свои программы, хотя она обладатель всего лишь четвертой премии конкурса имени П.И. Чайковского.
Виолончелистов зовем реже, так как солирующая виолончель не пользуется особой популярностью у публики вне зависимости от уровня исполнителя. Александр Рамм, Александр Бузлов, Сергей Антонов, Нарек Ахназарян – великолепные музыканты, мы их ценим и приглашаем всегда, когда есть согласие продюсирующей концертной организации.

– Какая программа в прошедшем фестивале получилась наиболее яркой?
– Пожалуй, присоединюсь к общему мнению: выступление лауреатов Международного конкурса имени Чайковского, выбранных лично Владимиром Теодоровичем. В Джорджа Ли мы все влюбились с первого звука. Кстати, мы со Спиваковым не всегда сразу совпадаем в оценках, и тогда мне, естественно, приходится уступать, – но тут взгляды совпали стопроцентно. Прекрасно проявил себя Александр Рамм, талантливо сыграв Концерт Сен-Санса. Без преувеличения явлением в скрипичном искусстве мы считаем ни на кого не похожую Клару-Джуми Кан.

– В 2001 году «Владимир Спиваков приглашает…» стартовал в Москве, теперь также «гастролирует» по России. В регионах слышат то же, что и столичная публика?
– Я бы здесь упомянул еще один фестиваль, который мы проводим во французском городе Кольмар. В прежние годы программа фестиваля вне Москвы – в Омске и в Перми – формировались автономно от того, что мы делаем во Франции. В нынешнем сезоне фестиваль пройдет в Перми и в Уфе, и мы решили максимально синхронизировать программу российского фестиваля с кольмарской, чтобы не было даже намека на то, что отечественному слушателю предлагается адаптированный, облегченный продукт. Всё, что хорошо для публики трех европейских стран – Кольмар находится на границе Франции, Германии и Швейцарии, – будет интересно и в России. Кольмар-2016 посвящен Яше Хейфецу, будет много скрипичной музыки, но естественно, что не всех зарубежных солистов возможно пригласить в Пермь или Уфу прежде всего по финансовым соображениям. Но мы займемся «импортозамещением» и позовем в качестве солистов замечательных столичных музыкантов, а может быть, доверим отдельные сольные партии лучшим из лучших солистов НФОР.

– Часто встречаю вас на концертах вокалистов, даже если они поют не с вашим коллективом. А с НФОРом, кажется, выступали все самые интересные певцы – зарубежные и российские…
– Признаюсь, что вокал, опера – моя страсть. За последние четверть века поменялся тренд, и горжусь, что в этом есть и наша с Владимиром Теодоровичем заслуга: в конце 1980-х – в начале 1990-х вокалисты давали сольные концерты крайне редко – можно перечислить десяток имен, мы все их знаем. Теперь всё наоборот – самыми кассовыми являются программы с певцами, и, вы правы, с нами сотрудничают превосходные артисты, такие как Анна Нетребко, Хибла Герзмава, Альбина Шагимуратова, Дмитрий Хворостовский, Василий Ладюк, Дмитрий Корчак, Динара Алиева, Анна Аглатова, Ильдар Абдразаков… Я остановлюсь здесь, просто потому, что перечислять можно бесконечно!

– Как непросто, наверное, со всеми – такими разными артистами – поддерживать нежные дружеские отношения?!
– Стараюсь держать баланс, хотя бывает, страсти разгораются, особенно у сопрано. Кстати, как есть круг любимых солистов, так есть и ряд дирижеров, которых приглашаем постоянно. Но стремимся соблюдать ротацию, чтобы они возвращались к нам через сезон. Единственный дирижер, приезжающий к нам каждый год и дающий подряд два концерта по разным программам, – это Кен-Дэвид Мазур, а с этого сезона к нему добавился еще и Станислав Кочановский. Хотя у нас нет официально статуса главного приглашенного дирижера, по сути оба могут именоваться этим титулом.
А, возвращаясь к вокалистам, совместными усилиями мы с Владимиром Теодоровичем создали при НФОР своего рода «виртуальный» оперный театр, и у нас очень много программ с участием вокалистов не только в рамках фестиваля, но и вообще в сезоне. Мы часто гастролируем по России, и бывает, что наиболее продвинутые директора филармоний просят нас привезти какую-нибудь элитарную программу, скажем, из произведений Бартока и Стравинского. Конечно, Спивакова любят везде и на Бартока со Стравинским в его исполнении, скорее всего, придут. Но если планируется выездной концерт в ДК городов Краснокамска или Соликамска, для рабочих фабрики Гознака или калийного комбината, то, наверное, программа с участием тенора и сопрано, с популярными увертюрами окажется уместней.

– Есть и другая точка зрения: публику надо просвещать…
– Кто же спорит, но я все же учел бы готовность восприятия конкретной концертной программы слушательской аудиторией. Когда мы играем в Перми, где богатые культурные традиции, где ведет просветительскую деятельность Теодор Курентзис, где есть Дягилевский фестиваль, одна из лучших филармоний, прославленный театр оперы и балета, то тут, безусловно, можно исполнять партитуры любой сложности. Но уверен, что для моряков на авианосце или для концертов на городской площади, где собирается многотысячная аудитория, надо подбирать соответствующий репертуар, учитывающий формат и условия проведения концерта. Нужно во всем соблюдать баланс, «развлекая, просвещать». Этим качеством в полной мере обладает Владимир Теодорович, и мы так и стремимся выстраивать афишу как фестиваля так и всего сезона, чтобы в ней нашлось место и раритетам, и популярной классике.
За 12 лет оркестр переиграл немало забытых шедевров, особенно в кантатно-ораториальном жанре. Вот, например, имя Фредерика Дилиуса мало что скажет широкой публике, а это крупнейший английский композитор конца XIX – начала XX века. Мы исполняли его «Мессу жизни» на тексты Ницше. У нас звучали Реквиемы Сен-Санса, Форе, Дворжака, произведения Флорана Шмитта, Цемлинского, Воан-Уильямса, Нильсена, Караманова, Леры Ауэрбах. Недавно «открыл» для себя Реквием Осипа Козловского – благодаря анонсам дисков «Мелодии», которые размещает газета «Культура». Я его прослушал – дивная музыка моцартовского плана, экуменическая по сути, соединяющая в себе все направления христианской музыки.

– Это архивная запись?
– Да, 1989 года. Там замечательный квинтет солистов, сразу привлекший мое внимание: Галина Симкина, изумительно певшая когда-то в «Пирате» Беллини, Лидия Черных в расцвете своего мастерства и таланта, молодой, ослепительный бас Владимир Маторин. Запись осуществил дирижер Владимир Есипов, которого когда-то мне хвалил сам Светланов. А к словам и оценкам Евгения Федоровича я очень прислушивался и навсегда запоминал. Теперь думаем, кто продирижирует этим «Реквиемом» – сам Владимир Теодорович, или мы предложим эту партитуру для дирижерского дебюта одному из двух наших «духовных сыновей» Василию Ладюку или Дмитрию Корчаку.

– К вопросу о подопечных. Вы с Владимиром Теодоровичем с самого начала существования НФОР создали стажерскую группу для молодых музыкантов: всё начиналось с дирижеров, потом певцы, кого опекаете теперь?
– Когда оркестр получил Президентский грант, мы решили, что должны тоже кого-то поддержать. На данный момент готовим новое поколение оркестровых музыкантов для НФОР: попросили Владимира Овчинникова, директора ЦМШ, и Михаила Хохлова, возглавляющего Гнесинскую десятилетку, порекомендовать самых талантливых ребят по тем специальностям, по которым существует наиболее острый дефицит кадров – альт, виолончель, флейта, фагот, труба, ударные инструменты. Мы им вначале просто выплачивали грант, а теперь я предложил такую схему: за участие в каждой программе (репетиция и концерт) они получают пять тысяч рублей, но не более двадцати тысяч в месяц: вырабатывают, таким образом, по 4 концерта в месяц и получают приличные деньги для начинающих музыкантов.

– График выстраиваете в индивидуальном порядке?
– Разумеется. Если они меня предупреждают, что заняты на экзаменах, гастролях, болеют, то всегда находим решение. Они активно участвуют в жизни оркестра, мы их учим азам профессии оркестранта, если возникает штатная единица, что бывает крайне редко, то самых перспективных берем в штат.

– А с прежними получателями грантов поддерживаете контакты?
– Большинство музыкантов, прошедших через нашу дирижерскую стажерскую группу, всегда в орбите нашего внимания, трое ежесезонно получают возможность выступить с НФОР: Александр Соловьев, работающий сейчас в Большом театре и Центре оперного пения Галины Вишневской, Константин Хватынец, главный дирижер «Московской оперетты», и Тимур Зангиев, штатный дирижер Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко. Я знаю, что если что-то надо отрепетировать – после смерти нашего второго дирижера Алексея Степанова мы эту должность занимать не стали, – то всегда могу рассчитывать на их помощь.

– Давайте обернемся в прошлое: вот вы мне сказали в начале беседы, что 1 января 1990 года в вашей трудовой книжке появилась запись: «принят на должность директора Государственного академического симфонического оркестра Союза ССР». А что вас привело туда?
– По стажу работы в должности директора симфонического оркестра в Москве я уступаю только одному человеку – аксакалу и «патриарху» Роберту Бушкову. До этого я работал с 1983 по 1990-й год в Главном управлении культуры исполкома Моссовета заместителем начальника управления театров и концертной работы. Несмотря на возраст, я был довольно большим начальником, и от меня многое зависело. А в 29 лет я покинул этот пост и, не будучи членом партии и не сотрудничая с органами, стал последним в истории СССР директором Госоркестра у Евгения Федоровича Светланова.
Как это произошло? Будучи начальником, я мог выбирать для перехода на руководящую работу практически любой коллектив – тогда именно так осуществлялись назначения. Но драматические театры Москвы (их тогда было 68) меня мало привлекали: я хотел прийти или в Ансамбль Игоря Моисеева, который обожал, либо – к Светланову, которого боготворил. Еще меня интересовал Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко, но на тот момент он пребывал в творческом кризисе: я как раз работал в составе комиссии, которая уволила всех тогдашних руководителей – Кожухаря, Мертенса, Золотарева, Гринера… Прихоть судьбы: одним из четырех кандидатов на место главного дирижера был тогда Михаил Юровский – ему это место не досталось, и он в итоге уехал в Германию со всеми известными теперь каждому меломану последствиями для своей творческой судьбы и биографии своих сыновей. А в театр не без моей помощи пришел Евгений Колобов… Пробовался я и на высокую должность в Министерство культуры СССР, но в это самое время ко мне обратилась группа ведущих музыкантов из ГАСО с предложением стать директором их оркестра: Светланов дал добро, я сделал свой выбор, а через год СССР и вместе с ним и Министерство культуры прекратили свое существование.

– Опять судьба!
– У меня был приятель в Госоркестре, контрабасист Андрей Степин, с которым мы еще вместе служили в армии, в Ансамбле песни и пляски Александрова…

– На каком инструменте играли?
– Занимал должность администратора и рабочего сцены, хотя в военном билете записано: «артист танцевальной группы»! Тогда в ансамбле была свободна только эта штатная единица. В общем, Степин мне сказал: «У нас директора не задерживаются: ты – восемнадцатый. Если продержишься год, проведешь гастроли – считай, что не зря пришел. Начинай искать другую работу уже сейчас». Но у меня были свои амбиции, и я ответил, что на спор продержусь хотя бы два сезона. В итоге я проработал семь лет и ушел к Спивакову в «Виртуозы Москвы» по собственному желанию, скажу больше: Светланов меня ни за что не хотел отпускать, и я еле ушел без скандала... Спустя годы мы с «Виртуозами Москвы» возвращались с гастролей в Лондоне и случайно оказались в одном самолете со Светлановым – уже очень больным, его везли в инвалидном кресле. Он меня сразу узнал, приветливо обратился ко мне и попросил после взлета самолета подойти к нему. Мы поговорили, очень по-доброму, договорились, что я его навещу после возвращения из турне, а спустя десять дней объявили о его кончине – так что встреча оказалась символическим примирением и прощанием.

– В истории фестиваля памятны музыкально-театральные проекты: планируется ли продолжение?
– Безусловно. Мы собираемся вернуться к теме кино – помните, у нас был и до сих пор есть «Час Чаплина»? Хотим сделать еще один мультимедиа-проект: есть много фильмов с достойной музыкой, Спиваков долго выбирал и, наконец, определился – но пока это секрет. Что касается театра, то вспоминается прежде всего «Жанна д’Арк на костре» Онеггера – это была первая постановка в России. Мы долго искали кандидатуру на роль Жанны – там много декламации на французском языке, что для российских актрис представляло сложность. Потом я запросил свою знакомую-продюсера, работающую на французском рынке, и через неделю она предложила четыре варианта: Изабель Юппер, Изабель Аджани, Кароль Буке, Фанни Ардан. Все четыре звезды были готовы участвовать в проекте. На последней, без всяких обсуждений, мы и остановились.

– А что насчет оперы в концертном исполнении – таком востребованном жанре?
– У нас на фестивале в этом году планировались «Пуритане» Беллини с лучшим из возможных составов солистов – Шагимуратовой, Корчаком и Ладюком. Выбор именно этой партитуры связан с тем, что Владимир Теодорович дирижировал этой оперой в Генуе. Но мы вынуждены были отказаться от этой идеи. Проект очень дорогой: звезды мировой оперы, хор, оркестр, этот проект в кризис принес бы нам огромные убытки... Мы посоветовались с Владимиром Теодоровичем и решили сделать вместо этого сольный концерт одного из хедлайнеров «Пуритан»: по дате оказалось удобно Дмитрию Корчаку.
Поскольку Спиваков любит балет, а я люблю его, наверное, еще больше и с детства им увлекаюсь, мы оба дружим и с Большим, и с Мариинским театрами, то уверен, маэстро придумает новую интересную программу, связанную с балетом. Только он категорически отказывается дирижировать балетной музыкой «второго» и «третьего» ряда типа Пуни, Дриго и Минкуса, хотя у Минкуса есть и замечательные страницы балетной музыки. Вот Шостакович, Прокофьев, Стравинский в качестве авторов балетов его интересуют.

– Вас наверное одолевают со всех сторон просьбами прослушать, пригласить… Как вообще можно попасть в сферу вашего внимания?
– Важна рекомендация от людей, которым я доверяю. Что касается певцов, я обращаю внимание на советы Дмитрия Вдовина, руководителя Молодежной оперной программы Большого театра, и профессора Академии хорового искусства Светланы Нестеренко, Сергея Лейферкуса, а также своих друзей – звезд мировой оперы. По фортепиано мне дает бесценные советы мой друг Александр Гиндин, по скрипке лучшего эксперта, чем маэстро Спиваков, не найдешь во всем мире.
Но бывают и неожиданные встречи, особенно в российских городах, куда приезжаю на гастроли вместе с НФОР и Владимиром Теодоровичем. Так я услышал в Омске баса Павла Червинского и настоял, чтобы он продолжил свое образование у Дмитрия Вдовина.
Из недавних «открытий» я бы назвал Артема Голубева, который сам ко мне обратился по рекомендации педагогов по вокалу из Омска. У него оказался великолепный лирико-драматический тенор полного диапазона. Пока певец много работает вне Москвы: у Курентзиса в Перми, в Уфе. Я всем его рекомендую – и Владимиру Урину, и в западные агентства, держу «на заметке» в наших проектах в Доме музыки.

– Вы активно участвуете в творческих проектах своих друзей – Динары Алиевой, Василия Ладюка…
– Делюсь своими контактами, списком любимых солистов и дирижеров: так предложил, к примеру, Динаре Алиевой обратить внимание на Кен-Дэвида Мазура: в марте он будет дирижировать ее концертом в КЗЧ. Помогаю Василию Ладюку с программами и составом участников его именного фестиваля 2016 года.

 
 
   
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Контакты
 
© mus-mag.ru, 2013-2014
Журнал Музыкальная жизнь