Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»  
 
  главная контакты карта сайта  
 
 
 
 
Интервью
Музыкальная жизнь №2, 2017
Лариса ГЕРГИЕВА: Счастье, когда жизнь посвящена любимому делу
 
  Если говорить об уникальных людях в творческих профессиях, то в первых строках будет стоять имя Ларисы Гергиевой – блистательной пианистки, педагога от бога, выдающегося деятеля в области культуры, обладательницы невероятно харизматичной и обаятельной натуры. Она – художественный руководитель Академии молодых оперных певцов Мариинского театра, лучший концертмейстер мира по версии Би-би-си, организатор нескольких вокальных конкурсов и фестивалей искусств. Наконец, она представитель знаменитой на весь мир династии: но мы намеренно ставим этот факт не в первый ряд. Ведь все, чего Лариса Абисаловна Гергиева добилась в жизни, – заслуга ее характера, таланта, нравственных принципов. 2017 год для нее вдвойне юбилейный, она отмечает полвека творческой деятельности. В февральские дни в Москве и Санкт-Петербурге прошли концерты, где в ее честь выступили лучшие питомцы ее школы. А мы расспросили Ларису Абисаловну о ее делах, чаяниях, взглядах.

Евгения КРИВИЦКАЯ
 

– Когда в 1998 году родилась идея создания Академии молодых оперных певцов, какими были ее задачи?
– Создавая Академию, мы прежде всего хотели воспитать плеяду молодых певцов, хороших профессионалов, понимающих эстетику Мариинского театра, востребованных в первую очередь именно в нем. Мы отобрали 20 человек со всех уголков нашей страны. Это был яркий набор, достаточно назвать таких артистов, как Надежда Сердюк, Даниил Штода, Лариса Юдина.
Мы очень интенсивно занимались с этим и следующими наборами. Ребята стали действительно востребованы, но не только в нашем театре, теперь их имена знают за рубежом. Где они только не пели. Хотелось бы назвать Илью Банника, Аню Кикнадзе, Эдуарда Цангу, Алексея Тановицкого, Дмитрия Воропаева, Оксану Шилову. Сейчас они ведущие солисты театра, много поют, ездят на гастроли. Рада, что в свое время потратила много сил вместе с коллегами-преподавателями Академии. Мы старались обращать внимание на то, чтобы индивидуальность каждого сохранялась и развивалась. Не стригли их всех под одну гребенку.
В отличие от нынешних академистов, они не так были заняты в текущем репертуаре, но зато мы готовили разные программы, партии, ездили с концертами – в Лондон, Париж, Милан, Мадрид, Нью-Йорк, все важные концертные площадки были открыты для нас.

– Академия скоро отметит юбилей, к чему удалось прийти за эти годы?
– Академия отметит в 2018 году 20-летие. Много ребят прошло через мои руки. Конечно, не все они остались в Мариинском театре: только в результате постоянной, ежедневной, кропотливой работы через какое-то время понимаешь, что тот или иной человек не приживется в нашем театре. Но моя главная задача вырастить хорошего профессионала. За эти годы, если посмотреть на состав Мариинского театра, в него влилось много академистов. Многие из них стали известными певцами, кроме тех, кто уже назван, это и Вика Ястребова, и Сергей Семишкур, многие поют на ведущих сценах мира, выступают в заглавных, важных партиях и востребованы в театре. Я бы хотела назвать также Варвару Соловьеву, Сашу и Наталью Тимченко, Андрея Попова, Алексея Маркова, Владимира Мороза, Владислава Сулимского, Виктора Коротича, Павла Шмулевича, Юрия Воробьева, Михаила Колелишвили, Анну Макарову, Людмилу Дудинову, Ирму Гиголашвили. Для меня дорогие все имена.
Многие стали во время пребывания в Академии победителями международных конкурсов. Набрали прекрасный концертный и оперный репертуар. Теперь они уже самостоятельны, но все равно они со мной: обращаются со своими проблемами, приходят, берут уроки, советуются, занимаются. Я их люблю и по сей день участвую в их творческой жизни.
Каждый год мы продолжаем набирать ребят, видим перспективу и даем им шанс. В то же время теперь Академия работает не так, как в других театрах – сейчас это фактически молодая труппа театра. Ни один театр в мире не дает такие шансы певцам, как Мариинский. Посмотрите на названия опер, которые мы делаем в Мариинском концертном зале. Это итальянские, французские, русские названия. В то же время мы ставим камерные оперы. Как мы их называем – маленькие оперы для взрослых и детей – это, конечно, современный материал.

– За последние два сезона вышла целая обойма опер для малышей!
– Да, у нас сейчас потрясающий детский репертуар. С каким удовольствием им занимается самая молодая часть Академии! Это прекрасная школа, наши певцы на этом материале растут. Они работают с прекрасными режиссерами. И постановки так оттачиваются, так интересно делаются, что пользуются большим спросом у детской аудитории.

– Выпускники академии и академисты много работают вместе?
– Вообще, их не стоит делить. Часто, например, если какая-то опера предусматривает наличие возрастных или просто старших персонажей, я, конечно, прежде всего, приглашаю своих бывших воспитанников. Они с удовольствием поют. Мы вместе делаем такую совместную работу. Например, только что у нас прошла «Золушка» Массне. Главную партию замечательно исполнила девочка с замечательным голосом – Анжелика Минасова, которая буквально недавно к нам пришла, весной. А рядом с ней пела мачеху очень опытная, талантливая Анна Кикнадзе. Одна из моих самых любимых учениц. А также Оля Пудова. В «Сибири» Джордано труднейшая теноровая партия, я и пригласила опытного певца Ахмеда Агади, который ее блистательно спел.
Еще у нас есть ансамбль солистов Академии. Он большой, более 80 человек. Там ребята получают возможность учиться ансамблевому пению, и в то же время это наш хор. Мы называем его ансамблем солистов. Пока им еще рано петь сольные партии, они работают там. А театр очень неплохо материально их поддерживает. Это важно!
Подчеркну, что многими спектаклями академистов дирижирует Валерий Абисалович Гергиев – огромный творческий опыт для молодых ребят.

– Как Валерий Абисалович влияет на вашу деятельность?
– Мы все с ним согласовываем. Но главное, что он дает шанс молодым. В этом году у нас потрясающие совершенно возможности. Ребята как на дрожжах растут и распеваются. Это и «Ласточка» Пуччини, и «Дубровский» Направника, а еще «Григорий Мелехов» Дзержинского, «Вертер» Массне, «Лукреция Борджиа», «Сорока-воровка» Россини...

– Расскажите, пожалуйста, о советских операх в репертуаре Мариинки.
– За два сезона мы воскресили целый пласт забытых советских опер. Многие из них мне хорошо известны. Еще в годы моей молодости я участвовала в их постановках. Одна из моих самых любимых – «Зори здесь тихие». Ряд названий мне самой было интересно услышать в живом исполнении. Такие как «Овод», «Тихий Дон», «Буря». Это все очень интересно. И я думаю, что очень многие из них достойны большой сцены. Не все, но эта работа имеет очень большое значение, это наша история, и молодежь должна ее знать. Ребята задают очень много вопросов, читают книги, пытаются понять то время и происходившие тогда события. Нам эту работу надо продолжать, и наиболее интересные названия хотя бы в концертном исполнении должны у нас быть.

– Впереди у вас грандиозная работа с театром во Владикавказе, который становится филиалом Мариинского театра?
– Да, эта тема очень актуальна, решение есть. Пока рано говорить о том, как изменится модель театра. Но он действительно становится филиалом Мариинки. Региональным театрам очень трудно выживать, совершенно нет никаких постановочных средств. У зрителей тоже нет возможности покупать билеты по дорогой цене. Мне кажется, это весьма благородное решение. Спасибо за это Мариинскому театру. Я надеюсь, что Владикавказскому театру станет жить гораздо легче. Сказать, что Владикавказ спал, дожидаясь, что ему помогут, и ничего не делал, я никак не могу. Всем известно, что на сцене Владикавказского театра проходят очень интересные события, в которых всегда с удовольствием участвовала наша мариинская молодежь. Очень большой интерес во всем регионе Северного Кавказа вызывают и наши фестивали с участием звезд.

– Вы говорите о фестивале «В гостях у Ларисы Гергиевой»?
– Да, и теперь, я надеюсь, мне будет гораздо легче его делать. Также хочу сказать, что Владикавказ всегда был хорошей дебютной точкой для многих молодых. Можно было спеть «Кармен», «Онегина». А потом, почувствовав себя более уверенно, петь это в Петербурге. Во Владикавказе очень интересная репертуарная политика. Несмотря на большую бедность. Последние годы театру почти не помогали местные власти, просто не могли. Тем не менее, находились люди, которые нас поддерживали, и мы делали интересные постановки. Такие, как «Федора» Джордано, «Агриппина» Генделя, оперы, которые нигде в России не идут.
Последней крупной работой в прошлом сезоне стал «Демон». И сейчас надеюсь, что Мариинский театр наши возможности расширит. Мы сможем больше ставить. Наверно, не будет таких трудностей с приглашением артистов. А публика ходит очень хорошо. Вообще, театр стал центром культурной и музыкальной жизни на Северном Кавказе. К нам с удовольствием едут из Кабарды, из Дагестана, из Южной Осетии, из Минеральных вод и близлежащих городов.
Просто приезжают, заказывают себе билеты. Во Владикавказе мы тоже очень большое внимание уделяем детскому репертуару. Театр ездит по республике и каждый месяц проводит порядка 20–25 мероприятий – это и концерты, и спектакли, и выездные, и на домашней сцене. У меня просто замечательная труппа. Конечно, она недостаточно укомплектована. Но все-таки каждый год пополняется новыми молодыми именами. Я этому рада, потому что театр должен обновляться. Молодежь должна работать рядом с мастерами сцены, учиться многому у них. Очень интересные ребята пришли к нам в труппу после конкурса, который проходил осенью. Сам театр очень уютный, особенно зал на 650 мест. Сцена намоленная.

– Среди ваших проектов есть фестиваль Римского-Корсакова в Тихвине. В минувшем году мы освещали Десятый, юбилейный конкурс вокалистов, проходящий в рамках фестиваля. Что планируете в следующий раз?
– Мне бы хотелось показать в Тихвине, на родине Римского-Корсакова, его оперу. Хотелось увеличить масштаб этого фестиваля. В этом году было 5 городов в области. Может быть, в следующий раз фестиваль охватит большее количество городов: нас встречают везде с большим вниманием, всегда полные залы. В этот раз мы привозили детские произведения в Тихвин и в Гатчину. И в этом направлении будем и дальше развиваться. Хочется знакомить публику с новыми именами исполнителей. Во время последнего фестиваля прозвучало много музыки Римского-Корсакова. В конкурсе приняли участие представители 16 стран. Это здорово, потому что так мы привлекаем внимание к музыке этого композитора.

– Вы много ездите с мастер-классами?
– Мне не так важно выезжать куда-то за рубеж, хотя где я только мастер-классы не давала: во всех европейских столицах, в Америке, в Японии, в Китае. Но мне даже последние годы интереснее проводить мастер-классы у нас в стране. Есть фестиваль, во время которого я много езжу и слушаю молодых ребят. Наиболее перспективных, талантливых приглашаю к нам в Академию. Но мастер-класс – не только для того, чтобы послушать, отобрать, пригласить, но чтобы дать кому-то ценный совет по репертуару, амплуа.

– Каковы ваши впечатления от мастер-класса в Большом театре?
– Мне было интересно приехать в Большой театр, это первый наш опыт. Среди воспитанников Молодежной оперной программы есть яркие голоса. Все работали с большой отдачей. Я предложила мою любимую тему – композиторы «Могучей кучки». Мастер-класс потом увенчался двумя концертами в Бетховенском зале. Надеюсь, что они для себя много полезного вынесли. Конечно, это совсем другой театр, совершенно иная эстетика. Но мы не обязательно должны быть одинаковыми, использовать одинаковую методику и репертуар.

– Вы испытываете потребность передать свой опыт?
– Последние лет 25 я работаю с молодежью. Это так увлекательно и много дает мне самой. Очень хочется помочь устроиться, сделать хорошую карьеру. Мне нравятся талантливые ребята, которые имеют не только хороший голос, данные, перспективы, но еще фанатически любят голос, вокал, оперу, театр. С ними можно не только заниматься, а много говорить. Они порой высказывают очень любопытные мысли. Интересно сквозь призму их суждений смотреть на многие хорошо знакомые вещи.

– Есть ли свои особенности у вашей школы?
– Конечно, Москва и Петербург – разные школы. Но как преподают в Большом, я не могу сказать, я не сидела на уроках. Важен результат. Та группа ребят, которая была предоставлена мне для работы, мотивирована на то, чтобы занять достойное место в этом театре. Они прикладывают много сил: на все ходят, слушают, в общении доброжелательны. Как мне показалось, царит хорошая атмосфера. Мы много говорили с Дмитрием Вдовиным, с которым мы – давние друзья, в том числе о том, чтобы чаще встречаться и обмениваться опытом.

– Почему вы как концертмейстер обратили свой интерес в сторону ансамбля с вокалистами?
– Мне всегда очень нравилось выступать в ансамбле с певцами. Я люблю голос и считаю, что это божий дар. Те, кто вокруг певцов, кто может повлиять на их рост, карьеру, на то, чтобы они могли состояться, должны обязательно настраиваться на это. Если я вокальный концертмейстер, то должна очень сильно любить и служить этой идее. Чтобы вокалист мог раскрыться, определиться правильно с репертуаром. Я не раз говорила, что роль концертмейстера, это не просто роль человека, который выступает в ансамбле. Часто это и психолог, и тренер, и врач, и друг. Та скала, на которую может опереться молодой певец.
Считаю, что я родилась для этого, с такой миссией. Я горжусь тем, что воспитала около 200 лауреатов, а вообще число моих учеников-вокалистов насчитывает несколько сотен. Я всегда стараюсь в первую очередь обратить внимание на их индивидуальность, на то, что у них получается лучше всего – на сильное, на хорошее. И я разбираюсь в этом неплохо. Еще я всегда удивляюсь, когда меня спрашивают, почему я выбрала эту профессию. Потому что она прекрасна. Наверное, до самого последнего момента своей жизни можно учиться, постигать тайны концертмейстерства. И мне нравится понимать голос, нравится с ним что-то делать, нравится видеть плоды своей работы, будь то оперная сцена или концертная эстрада. Нет такой сцены, где я бы не выступила. Но особенно горжусь концертами в Карнеги-холл и Ла Скала.

– В Мариинском театре вы стали проводить также конкурс молодых оперных режиссеров. Расскажите, как он проходит, ваши впечатления от участников?
– Затея оказалась крайне удачной. Те молодые режиссеры, которые были отобраны, поставили предложенные им спектакли. Они все разные, со своими замечательными выдумками. Не хочу кого-то одного выделить. Но мне нравится работать с молодым режиссером Мстиславом Пентковским. Мы сделали с ним «Брундибар» во Владикавказе, получили за это Национальную премию «Онегин». Сложился настоящий творческий процесс. Затем мы с ним сделали «Дневник Анны Франк». Совершенно неожиданные решения были предложены, и постановка стала событием. Мне нравится Алексей Смирнов – пытливый выпускник ГИТИСа с широким кругозором. Мне кажется, у него серьезные профессиональные перспективы. Только что мы поставили спектакль Бриттена «Маленький трубочист», его делал Василий Заржецкий, у него свой персональный стиль. Но главное, чтобы увлекательными были идеи, чтобы была фантазия, чтобы режиссер понимал, что такое голос.
Меня радует, что эти ребята первые самостоятельные шаги на оперной сцене сделали у нас в Мариинском театре в детских и камерных операх.

– Ваш идеал оперного режиссера?
– Мне нравится, когда есть фантазия, но не безумная. Конечно, мы все восхищаемся постановками Франко Дзеффирелли. Привлекает, когда режиссер работает в опере как Никита Михалков, Андрон Кончаловский, потому что их подход тесно связан с музыкой. Для них это не посторонний пласт, не фон. Когда мы работаем с молодыми, мы ждем нового Дзеффирелли. Я рада, что эту работу Мариинский театр тоже позволяет делать. Я за тех режиссеров, кто черпает идеи в музыке.

– Можно блиц-опрос? Главная черта вашего характера?
– Доброта.

– Какие добродетели вы цените больше всего?
– Предпочитаю людей добрых, не злых. Я вообще люблю людей спокойных, тех, которые доброжелательны к окружающим. Все, что начинается со слова добро. Если это вокалисты, то мне нравятся те, кто обладают выдержанным характером, которые все свои силы посвящают тому, чтобы состояться, понимают, чего хотят добиться в жизни.

– Ваше состояние духа на текущий момент?
– На подъеме: ведь через каждые 5-6 дней премьера, новое название, академисты работают с такой отдачей, скоростью. Это так интересно, так здорово. Часто с помощниками мы покидаем театр далеко за полночь. Вчера я ушла отсюда в половину второго совершенно в разбитом состоянии. А утром надо снова быть на работе. Когда сидишь в зале и видишь, как поют твои воспитанники, это такое удовлетворение. Хочется сразу после премьеры опять начинать что-то делать.

– Что для вас счастье?
– Счастье – когда ты служишь, занимаешься делом, которое любишь больше всего в жизни. Это не громкие слова. Ты приходишь домой из театра, а тебя не покидают мысли о нем. Ты думаешь, что делать завтра, как сделать так, чтобы работа над произведением стала удачей. Исполнители молодые, здесь важно не ошибиться. Надо правильно распределить роли, привлечь правильных специалистов по стилю. Конечно, самое главное, находить возможности для самой работы. Я люблю черновой, подготовительный этап. Всегда хочется сделать как можно лучше, но не всегда хватает времени. Надеюсь, что у меня еще есть время, потому что планов много.
Следующий сезон просто страшный по размаху, по масштабу, но очень-очень интересный. Если ты находишь счастье в своей профессии, своей работе, то может остаться совсем мало времени для общения с друзьями, знакомыми. Тебя едва хватает на какие-то свои гастроли, на проведение фестивалей, конкурсов, на Владикавказ, на главную работу с ребятами.
Счастье в том, что в этом году исполняется 50 лет моей творческой деятельности. Свой первый концерт с певцом я дала, когда мне было 15 лет. За эти годы сыграла столько программ, так много узнала, столько услышала голосов, смогла восхититься выдающимися профессиональными качествами тех коллег, с которыми приходилось выступать. Есть примеры необыкновенно доброжелательных людей и профессионалов высочайшего уровня, например, Пласидо Доминго. У него невероятная харизма и от него исходит такое доброжелательство, что это надо брать в пример. Я считаю, что счастье также – сделать в жизни правильный выбор.
Напоследок хочу сказать, что, любя свою профессию и находя счастье в ней, беспокоюсь о том, что на сегодняшний день мало молодых пианистов, которые хотят быть концертмейстерами. У меня есть прекрасные ученики, которым я стараюсь привить эту любовь к опере, к голосу, к вокалу. Они работают у меня в Академии. Есть очень талантливые ребята. Хотелось бы, чтобы их было как можно больше.

 
 
   
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Контакты
 
© mus-mag.ru, 2013-2017
Журнал Музыкальная жизнь