Критико-публицистический журнал «Музыкальная жизнь»  
 
  главная контакты карта сайта  
 
 
 
 
Музокно
 
Михаил КРИВИЦКИЙ
Дон Жуан - преступник или жертва?
В Москву привезли "веселую драму" Моцарта
 

Вторая постановка театра «Санктъ-Петербургъ опера» на фестивале «Видеть музыку» перенесла зрителей в XVIII век, эпоху благородных танцев, накрахмаленных париков и бурных страстей. Из-за своей популярности сюжет о «Дон Жуане» неоднократно подвергался ревизии. Возможно, история знатного обольстителя, заканчивающего своё существование в аду, казалась режиссерам чересчур прямолинейной и морализаторской.

В трактовке Юрия Александрова всё переворачивается с ног на голову. Как он объясняет, «меня интересует не столько фигура самого героя, сколько окружающие его персонажи, которые плетут интриги вокруг него». Подобно гоголевскому «Ревизору», нет ни одного однозначно положительного героя. Даже Лепорелло, этот милый неуклюжий слуга, оказывается трусом и предателем. Морально плохие поступки, которые по традиционному сюжету совершал Дон Жуан (убийство Командора, обольщение Церлины), объясняются всеобщим заговором. Дуэль с Командором, к примеру, подана таким образом, что Дон Жуан случайно натолкнулся на кинжал, заботливо оставленный таинственной фигурой в темном плаще, и вооружился им. Как выясняется в конце оперы, и убийства-то на самом деле не было: на ужине Командор сбрасывает с себя запятнанную кровью рубашку, под которой надет вполне чистый фрак. Пока поётся мораль оперы в эпилоге, все главные герои злорадно насмехаются над телом Дон Жуана и чокаются бокалами — за упокой.

В это постановочной версии большое внимание уделяется сценографическим деталям. Декорации и костюмы Вячеслава Окунева выполнены в строгих тонах, соответствующих трагичности истории. Темные плащи знатных господ — донов и донн — противопоставляются светло-зеленым одеяниям крестьян, Мазетто и Церлины. Световое оформление (Ирина Вторникова) также подчеркнуто мрачное. Лишь иногда фигуры мстителей подсвечиваются ярко-красным — необычайно сильный эффект на фоне общей черноты. Заметный упор сделан на мизансценах и пластике, поскольку в «Дон Жуане» немало балетных сцен — это и хор крестьян, и финал первого действия с накладывающимися друг на друга танцами, и Серенада главного героя с кружащимися вокруг него призрачными силуэтами женщин.

Из всего состава наиболее органично выглядели Мазетто (Антон Морозов) и Церлина (Александра Зарубина). Их забавная перепалка в первом действии стала одним из украшений оперы. Другая пара – Дон Оттавио (Сергей Алещенко) и Донна Анна (Евгения Кравченко) лишь «изображали» страсть, которой, по замыслу постановщика, вовсе и не было. Тем не менее знаменитая ария Донны Анны «Теперь все известно» убедила своим гневным пафосом.

Дон Жуан (Юрий Борщёв), удачно выбранный типажно, не всегда был стабилен в вокале. В арии «с шампанским», очевидно, эмоции так переполняли его, что он местами расходился с оркестром, проглатывая слова как глотки шипучего напитка.

Оркестр корректно и точно существовал моцартовской стилистике под управлением дирижёра Александра Гойхмана.

Сравнивая привезенные «Санктъ-Петербург опера» постановки, нетрудно заметить, что «Дон Жуан» располагается где-то на полпути между чистой комедией («Летучая мышь») и чистой трагедией («Поругание Лукреции»). Что и соответствует определению «веселая драма», данному самим Моцартом.


Фото Елены Лапиной представлены пресс-службой фестиваля «Видеть музыку»

 
   
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Контакты
 
© mus-mag.ru, 2013-2017
Журнал Музыкальная жизнь